UkrHistory.com.ua
 
Головна сторінка
Історія України
Історичні постаті
Реферати з історії
Статті з історії
ЗНО з історії
Всесвітня історія
Серія "100 великих..."

Запрещенная история

ЧАСТЬ II

Обоснование катастрофизма: изменения на Земле, внезапные и постепенные

Глава 7

МУЧЕНИЧЕСТВО ИММАНУЭЛЯ ВЕЛИКОВСКИ

По мере того как сторонники теории катастроф делают успехи, прежний герой обретает давно заслуженное доброе имя

Мы можем не понимать, что проходим через смертельные препоны фундаментальной геологической доктрины, называемой униформизмом. Она утверждает, что геологичес­кие процессы, которые мы наблюдаем сегодня, подобны тем, что существовали всегда. Хотя изменения и происходят, проте­кают они постепенно и всегда.

Правильно, попытайтесь рассказать это детям. Их учат в шко­ле, с помощью телевидения и кино более радикальной точке зрения на то, как работают вещи (выражаясь на геологическом языке). Альтернативная модель называется катастрофизмом и иллюстрируется на примере теперь уже знаменитого фильма про «астероид, который стер с лица земли динозавров». Да, мы говорим о кратере Чиксилуб на Юкатане и об астероиде, ко­торый столкнулся с нашей планетой около шестидесяти пяти миллионов лет назад.

В 1950 г. это был самый отъявленный вид научной ереси. Главным еретиком стал человек, которого звали Иммануэль Великовски, сделавший огромный вклад в различные дисцип­лины. Но сегодня он остается неизвестным — даже для многих из тех, кто непосредственно пользуется его первооткрыватель­ской работой.

Имманиэль Великовски, русский еврей, родился 10 июня 1895 г. в Витебске. Владел несколькими языками, еще буду­чи ребенком, окончил гимназию в 1913 г. с золотой медалью, проявив особые способности в русском языке и в математике. Затем временно уехал из России, путешествовал по Европе и Палестине, посещал курсы естественных наук (подготовитель­ный курс) в Эдинбургском университете. Вернулся в Россию еще при царе, перед Первой Мировой войной, поступил в Московский университет. Каким-то образом ему удалось избе­жать и массовых убийств на Восточном фронте, и гражданской войны, когда к власти в 1917 г. пришли большевики. В 1921 г. он окончил университет с дипломом по медицине, а также по­лучил глубокое образование по истории и юриспруденции.

Вскоре Великовски уехал в Вену, стал супругом юной скри­пачки Элишевы Крамер.

В Вене он редактировал журнал «Скрипта Университатис» — огромный академический труд, в котором сотрудничал Альберт Эйнштейн, возглавляя раздел физико-математических наук. Великовски также изучал психоанализ под руководством Вильгельма Штекеля, ученика Зигмунда Фрейда, и занимался изучением работы мозга в Цюрихе.

К 1924 г. Великовски и его жена оказались в Палестине, где у него была частная практика психоаналитика. Он продолжал академическую работу редактора в журнале «Скрипта Акаде­мика Хиеросолимитана» — крупном еврейском издании. 1930 г. ознаменовался публикацией его собственной первой ориги­нальной статьи, в которой было доказано, что для эпилептиков характерны ярко выраженные патологические энцефалограм­мы. Часть его статьи появилась в труде Фрейда «Имаго». Но труд Фрейда «Моисей и монотеизм» посеял то роковое семя, которое привело Иммануэля Великовски, оторвав от спокой­ной работы по исцелению разума и от великих замыслов, к ми­ровой известности, к десяти годам академического остракизма и последующей жизни в позоре и презрении.

«Семя» заключалось в навязчивом вопросе, был ли герой Фрейда монотеистом, борющимся с традиционными верова­ниями, фараоном Эхнатоном, моделью из реальной жизни для Эдипа. Эдип — легендарная личность, его странные желания и худшие действия, по заявлениям фрейдистов, лежат в основе психологии всех юношей.

Позднее Великовски утверждал в работе «Эдип и Эхнатон», что фараон был, на самом деле, моделью из реальной жизни для трагического и легендарного Эдипа. В 1939 г. ученый взял годич­ный отпуск и вместе с семьей отправился в Соединенные Штаты всего на несколько недель — перед самым началом Второй Ми­ровой войны. Следующие восемь месяцев он провел в крупных библиотеках Нью-Йорка, занимаясь исследованиями.

В апреле 1940 г. перед живым любознательным умом Великов­ски, хорошо знающего историю древнего мира и поглощенного еврейской религией, возник еще один ключевой вопрос. Есть ли в египетских памятниках какие-нибудь сведения о великих ка­тастрофах, описанных в Библии, предшествовавших Исходу?

Великовски продолжил поиски и нашел то, что называется «Папирусом Ипувера» — комплект листов папируса с жало­бами египетского мудреца по имени Ипувер. Там говорится о ряде катастроф, обрушившихся на его любимую страну. Катас­трофы сопоставимы с казнями египетскими из книге Исхода. Первоисточник общеизвестного описания впервые появился в библии короля Якова: «град и огонь между градом», побивший все, что было в поле.

Эта довольно удивительная бомбежка, как понимали прежде, была результатом человеческого вмешательства. Версия Биб­лии, предложенная королем Яковом, восходит к 1600-м годам, но до середины конца 1700-х вообще не существовало никакой научной концепции метеоритов. Поэтому, когда переводчикам встречалось в ранних рукописях древнееврейское слово «barad» (камень), они считали, что его следует переводить как «град». Великовски, изучая описание за описанием в мифах, легендах и исторических работах, обращал внимание на упоминание «горящей смолы», падающей с небес. Начиная с этого времени он приступил к глубоким исследованиям природы и строения Венеры (подробнее об этом — далее).

Открытие «Папируса Ипувера» вдохновило Великовски заняться сравнением противоречивых древнееврейской и египетской хронологий. Эта работа после выхода в свет его трудов «Века хаоса (пересмотренная хронология)» в 1952 г. и «Земля в катастрофе» (в которой он представил геологичес­кие и палеонтологические свидетельства для труда «Столкно­вение миров») в 1955 г. привела, в итоге, к войне с египтолога­ми, археологами и специалистами по истории древнего мира. Завязалась титаническая борьба с астрономами, космолога­ми, экспертами в области небесной механики и академика­ми, набросившимися на Великовски, как только он дерзнул усомниться в аккуратности модели упорядоченного, высоко стабильного космоса, предлагаемой ими. Первый вызов был брошен в сногсшибательной работе «Столкновение миров» в 1950 г.

Основная идея, на которой основана книга, возникла в ок­тябре 1940 г., когда Великовски при чтении Книги Пророка Осии заметил, что перед началом падения града метеоритов Солнце «замерло на месте». Это заставило его задуматься о том, что, не было ли это описанием глобального, а не местно­го события. Он ищет свидетельства в истории и археологии, а также в мифах, легендах и в подавленных воспоминаниях всего человечества. Его психоаналитические знания прекрасно по­могли в этом. То, что ему удалось узнать, указывало: основную роль в серии глобальных катаклизмов, зарегистрированных во всем мире, играла планета Венера. На основании этих сведе­ний встал вопрос, не связана ли Венера с теми катастрофами, которые обрушились на Землю перед Исходом?

В течение десяти лет Великовски, теперь уже постоянный житель Соединенных Штатов, продолжает исследования для своих работ, пытаясь тем временем найти издателя для тру­да «Столкновение миров». После двадцати отказов компания Макмиллан, главное издательство академических учебных по­собий, согласилось взяться за его книгу. Ученые, которые пи­сали книги для издательства Макмиллан, и академики, поку­пающие их, применили тактику давления, пытаясь помешать публикации, но издатели не поддавались на уговоры.

Тем не менее, к тому времени, когда «Столкновение миров» стало бестселлером номер один издательства, давление оказа­лось настолько сильным, что Макмиллан закончил работу над книгой, передав ее своему конкуренту - издательству Даблдей. Работа продолжала пользоваться всемирным успехом, которо­му способствовала реакция общественности в противовес так­тике давления.

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРИЗНАНИЕ; ОСУЖДЕНИЕ НАУКОЙ

«Столкновение миров» оказалось бомбой, разорвавшейся в посудной лавке астрономии с аккуратной моделью стабиль­ной Солнечной системы, совершенно не предусматривающей отклонения планет от своих орбит и всемирного опустошения. И это — не говоря уже о неоднократном повторении по­добных событий. Вывод, сделанный Великовски, в краткой форме сводился к тому, что Венера не всегда была планетой. Вместо этого, утверждал он, Венера представляла собой ко­мету, вытесненную из тела Юпитера, и имела крайне эксцен­трическую орбиту, которая явилась причиной либо прямого столкновения с Землей, либо неоднократного приближения к Земле. Это привело к катаклизмам, которые уничтожили все царства на земном шаре перед тем, как планета «окончатель­но стабилизировалась». В книге также сообщается о свиде­тельствах, что такие события происходили и в исторические времена.

Рассмотрим причины, вызвавшие столь яростные возраже­ния против публикации книги. Шел 1950 год. Соединенные Штаты, одержав триумфальную победу во Второй Мировой войне, наслаждались невероятным процветанием и испыты­вали оптимизм. Народ, возможно, реагируя на хаос и ужасы недавно закончившейся войны и ощущая нарастающую угрозу глобального коммунизма (Советы неожиданно создали бомбу в 1949 г.), плотно сомкнул ряды, вернулся на работу, продол­жая прежнюю жизнь или начиная новую. Акцент делался на патриотизм, конформизм и потребление. Но, как ни странно, у общественности (нанесшей ответный удар на давление, ока­зываемое на книгу) оказался более широкий кругозор, чем у академической науки. Вот, как обстояло дело.

Журнал «Ридерз Дайджест», цитадель американского консер­ватизма, сказал о работе Великовски, закладывающей основы для последующих исследований: «Завораживающая, как сказ­ка Жюля Верна, но документирована с эрудицией, достойной Дарвина».

Газета «Нью-Йорк Геральд Трибьюн» называла ее «изуми­тельной панорамой истории Земли и человечества».

Журнал «Пиджент» изящно подвел итоги общественной ре­акции, заявив: «В последние годы ничто так не будоражило во­ображения общественности».

Все эти рецензии экспертов опубликованы на обложке в кон­це издания в мягком переплете, выпущенном издательством Делл. Это одиннадцатое переиздание, напечатанное к 1973 г. — дата авторского права. Впервые книга в мягком переплете выпущена издательством Делл в 1967 г. Через семнадцать лет «Столкновение миров» было впервые опубликовано в твердой обложке.

Научную и академическую реакцию на книгу предопреде­ляли общие выпады против компании Макмиллан, соверша­емые до и после публикации книги. По мере того как книга завоевывала общественное признание, а в некоторых кругах вызвала даже научный интерес, все претензии высшего на­учного общества стали обсуждаться на ученых советах. В ход пошли бронированные кулаки, явные угрозы и океаны грязи и оскорблений. Мишенью атак были три основные группы: общественность, научное и академическое сообщество, собс­твенно персона Иммануэля Великовски. Но перед тем, как ав­тора объявили потерявшим работу, «критики» не удосужились прочесть «Столкновение миров».

Еще до того, как компания Макмиллан опубликовала кни­гу, известный астроном Харлоу Шапли организовал много­численные интеллектуальные выпады в научном журнале, привлекая для этого астронома, геолога и археолога. Ни один из них не читал книгу. И такой схемой пользовались неод­нократно.

Шапли и его приспешники также спровоцировали отставку ветерана — старшего редактора (двадцать пять лет работы в ком­пании Макмиллан), который принял для издания «Столкнове­ние миров». На Шапли лежит и ответственность за увольнение директора знаменитого планетария Хейден, предложивше­го организовать выставку, посвященную уникальной космо­логической теории Великовски. Между тем, на автора книги продолжались систематические нападки в научных журналах. Использовались ложь, неверная интерпретация, различные искажения, обвинения в некомпетентности и выпады против личности. В то же время постоянно не оказывалось свободного места, чтобы он мог опубликовать ответ в свою защиту.

Интересно отметить, что одним из противников Великовски был астроном Дональд Мензел, в котором позднее исследова­тель НЛО Стантон Фридман узнал специалиста по дезинфор­мации с допуском к сверхсекретной работе во время Второй Мировой войны. Мензел был главным противником НЛО, но его имя упоминалось среди тех, кто перечислен в сверхсекрет­ном документе «МДжей-12».

Его называют одним из членов сверхсекретной команды рассле­дования крушения в июле 1947 г. объекта в Росуэлле. Неизвестная технология объекта обсуждалась в журнале «Атлантис Райзинг» в статье под названием «Охота за чужой технологией: Джек Шульман остается бесстрашным перед нарастающими угрозами».

Рассмотрим шокирующие положения, выдвинутые Великов­ски, проверим, есть ли среди них правильные. (Положения, предложенные Великовски, выделены жирным шрифтом).

Венера горячая.

Правильно. Великовски утверждал, что Венера раскалилась в исторические времена и поэтому остается еще горячей. Изме­рения температуры облачности Венеры, проведенные в 1950 г. показали: температуры ниже точки замерзания как днем, так и ночью. В 1962 г. автоматическая станция НАСА «Маринер-2» показала, что температура поверхности равна 800 градусам Фа­ренгейта. Это более чем достаточно, чтобы расплавить свинец. Пробы, взятые на поверхности позднее, показали, что истин­ное значение составляет около 1000 градусов по Фаренгейту.

Большая комета столкнулась с Землей.

Правильно. Еще задолго до того, как знаменитая история кратера Чиксилуба стала достоянием широкой общественнос­ти, исследователи обнаружили в августе 1950 г. высокое содер­жание метеоритного никеля в красной глине на океанском дне. В марте 1959 г. они нашли слой белой золы в глубинах моря, образовавшийся при «столкновении с кометой» или в результате «огненной гибели тела космического происхождения».

Некоторые хвосты комет, а также некоторые метеориты содер­жат углеводороды.

Правильно. К 1951 г. спектральный анализ показал наличие углеводородов в хвостах комет. К 1959 г. обнаружены в метео­ритах углеводороды, которые находятся в составе многих пара­финов и других соединений на Земле.

На Луне будут найдены следы углеводородов нефти.

Правильно. Образцы, доставленные на Землю космическим кораблем «Аполлон-11», содержали следы органических ве­ществ в форме ароматических углеводородов.

Юпитер испускает радиоизлучение.

В 1953 г. Великовски сделал это заявление в Принстоне. Че­рез восемнадцать месяцев два ученых из института Карнеги объявили о приеме сильных радиосигналов с Юпитера. Затем было обнаружено холодное ядро, скрытое тысячами миль льда. К 1960 г. два ученых из «Кал-Тек» обнаружили, что Юпитер имеет радиационный пояс вокруг того, что испускало радиа­ционную энергию в 1,014 раз более сильную, чем пояс Ван-Аллена у Земли.

Всего лишь несколько «удачных догадок» и «совпадений», скажите вы?

А сейчас перейдем к единственному величайшему «преступ­лению» Великовски, которое не только поставило его в пико­вое положение, но и отбросило его междисциплинарные ис­следования.

ВЕЛИКОВСКИ - ЕРЕТИК МЕЖДИСЦИПЛИНАРНЫХ НАУК

Доктор Линн Роуз в статье, направленной в «Пенсе» «Цен­зура междисциплинарного синтеза Великовски» отмечает автоматическую тенденцию в поддержку униформизма во всех научных дисцип­линах. Такое положение сложилось в результате глубокого незнания свиде­тельств катастрофизма, обнаруженных другими дисциплинами. Это привело к игнорированию или отрицанию подоб­ных доказательств в рамках любой кон­кретной дисциплины.

Как сказано в статье, «каждая отдельно взятая дисциплина имеет тенденцию умалчивания о данных катастроф, спрятанных как скелеты в шкафу других дисциплин. Великовски вытащил эти скелеты из шкафов и громко прогромыхал ими, чтобы услышали все. Он заявил, что при рассмотрении всех свидетельств, не огра­ничиваясь только выбранными «фактами», которые обычно рассматривает одна группа специалистов, появляется возмож­ность подобрать материал в защиту катастрофизма.

Сказать, что скелетная музыка Великовски была принята не­доброжелательно — значит, не сказать ничего».

Декан Б. МакЛафлин, профессор астрономии Мичиганского университета, в своем письме с протестом и угрозами в компа­нию Макмиллан от 20 мая 1950 г. писал, как цитирует доктор Роуз: «Претензия на универсальное всезнайство является безо­шибочным признаком шарлатана... Существует специализация в рамках самих специальностей... В наши дни никто не может даже надеяться на возможность откорректировать ошибки более чем в одном подразделе науки. Но Великовски претендует на то, что может поставить под вопрос основные принципы несколь­ких наук! Это уж действительно настоящая мания величия!»

Разве подобные слова отчасти не объясняют, почему Вели­ковски, по сути, был распят, а затем его подвергли остракизму от лица большей части научного сообщества?

Разве это не объясняет, почему он горячился от отвращения, выступая в свой «судный день» через двадцать четыре года после выхода в свет «Столкновения миров»? Этот «судный день» проходил в форме специального заседания Американской Ас­социации развития науки, состоявшегося в Сан-Франциско 25 февраля 1974 г. Заседание было организовано Карлом Саганом, предполагалось, что это — всего лишь форум. Вместо этого оно превратилось в злобное отторжение Великовски, беспринцип­ную атаку всех на одного — на медленно говорящего, семидеся­тидевятилетнего человека, которого забросали возражениями и утверждениями, давая почти нулевое время для ответа. Ученый выдержал только две сессии такого унижения, которые про­должались семь часов. Хотя ему и удалось удачно справиться с ответами на несколько пунктов, многим, кто принимал участие в этом подстроенном заседании, он показался совершенно несчастным. Не было разрешено прочесть ключевую статью Альберта Михельсона (завоевавшего известность в измерении скорости света), где поддерживались выводы Великовски. А репортеры начали строчить свои сообщения.

Потрясающие открытия планетарных зондов завершили его изгнание из колледжа и перегрузили его расписание. Великов­ски умер, продолжая проводить исследования, в 1979 г., оста­вив нам в наследство богатейшее собрание опубликованных и неопубликованных работ.

Назад Оглавление Вперед